Нэнси глубоко тронула услышанная история. Она ведь прекрасно понимала, какая печаль снедала сестер Тэрнер: жизнь становится все дороже, а они стареют и доход уменьшается.

— К несчастью, — продолжала Мэри, — родители Джуди почти ничего после себя не оставили. Но они были превосходные люди, уверяю вас, и Джуди, нам кажется, будет на них похожа. Ей бы надо учиться музыке и танцам и закончить хороший колледж. Увы, боюсь, мы всего этого не сможем ей дать.

Нэнси хотелось поддержать Мэри:

— А вдруг Джуди удастся получить стипендию или какое-нибудь другое пособие?

Почувствовав в девушке благожелательного слушателя, Мэри совсем разоткровенничалась:

— Нам помогал двоюродный брат отца, Джосиа Кроули. Но несколько месяцев тому назад он умер. В течение многих лет Джосиа часто и подолгу гостил у нас и всегда бывал очень щедр. — Мисс Тэрнер вздохнула. — Не раз он обещал включить нас в свое завещание; он ведь любил маленькую Джуди, Мы с Эдной рассчитывали на это, когда строили планы на будущее. Но обещание свое дядя Джосиа не сдержал.

Нэнси понимающе улыбнулась и ничего на сей раз не сказала. Однако ей было любопытно узнать, отчего это мистер Кроули переменил решение.

— Джосиа поселился у наших общих родственников. После этого все стало по-другому. Сюда, к нам, он приезжал довольно редко. Но последний раз, в феврале, он здесь был и подтвердил, что завещает мне и Эдне часть своего состояния. Он всегда помогал нам; странно, что так внезапно все кончилось.

Мэри Тэрнер посмотрела на Нэнси.

— Может быть, вы даже знаете наших процветающих родственников — тех, у кого Джосиа жил последнее время. Они тоже из Ривер-Хайтс. Это семья Ричарда Тофэма.

— У них две дочери? Ада и Исабел? — спросила Нэнси. _. Этих Тофэмов я знаю.